?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Продолжаю публикацию плана психологической войны против СССР со стороны США. В этой части -- продолжение «Анализа психологических уязвимостей СССР». Эта часть называется: «Атака на советскую идеологию». Обращает на себя внимание проработанность даже предварительного документа (иследования всех молекул советской реальности в университетах начались позже. Этот раздел явно писал человек (или люди) прекрасно знакомый не только с трудами Маркса, но и Ленина и Сталина, а также с советской прессой. Но, что интересно, прямых отсылок к Попперу и Хайеку нет, хотя похожие мысли высказываются. Обратите внимание на обвинения СССР в отходе от истинного марксизма, который якобы полностью материалистичен. Печально только одно: адекватный и проработанный ответ на это даётся только сейчас, в цикле статей «О коммунизме и марксизме». Хотя должны были дать институты марксизма-ленинизма и высшая партийная школа лет 60-65 назад.


1. Общие положения.
<...>
d. Атака на советскую идеологию.
Несмотря на то, что для многих в СССР советская идеология действительно стала ритуалом, проводимым механически знаком конформизма и повиновения, для Советов она является важным источником силы, поскольку на ней основывается многое в советской пропаганде. Поэтому подталкивание любыми возможными способами людей к размышлениям о действительной природе и назначении Советской идеологии было бы полезным, поскольку это лишит режим самооправдания и направит против режима недовольство советского населения трудностями и несправедливостями, с которыми он сталкивается.
Хотя в советской пропаганде истинная природа советской политики маскируется ссылками на агрессивность капиталистов, Сталин порой был почти откровенен относительно её истинных последствий. Возможно, что повторение некоторых сталинских замечаний может оказаться хорошим способом раскрытия глубинно агрессивной природы советской идеологии и советской политики.
Следующие цитаты Сталина являются предварительным предложением о том, как это может быть сделано:
«подавить сопротивление буржуазии, сохранить победу и двинуться дальше к окончательной победе социализма революция уже не в состоянии, если она не создаст ... специального органа в виде диктатуры пролетариата. <...> Диктатура пролетариата не может возникнуть как результат мирного развития буржуазного общества и буржуазной демократии, - она может возникнуть лишь в результате слома буржуазной государственной машины, буржуазной армии, буржуазного чиновничьего аппарата, буржуазной полиции. ... Упрочив свою власть и поведя за собой крестьянство, пролетариат победившей страны может и Должен построить социалистическое общество. Но значит ли это, что он тем самым достигнет полной, окончательной победы социализма ... ? Нет, не значит. Для этого необходима победа революции по крайней мере в нескольких странах. Поэтому развитие и поддержка революции в других странах является существенной задачей победившей революции. <...> в Англии и в Америке "предварительным условием всякой действительно народной революции" является ломка, разрушение "готовой" ... "государственной машины". Иначе говоря, закон о насильственной революции пролетариата, закон о сломе буржуазной государственной машины, как о предварительном условии такой революции, является неизбежным законом революционного движения империалистических стран мира. <...> Ибо, — говорит Ленин, — “невозможно свободное объединение наций в социализме без более или менее долгой, упорной борьбы социалистических республик с отсталыми государствами”... После победы Октября мы вступили в третий стратегический период, в третий этап революции, имеющий своей целью преодоление буржуазии в мировом масштабе. <...> Победивший пролетариат этой страны, экспроприировав капиталистов и организовав у себя социалистическое производство, встал бы против остального, капиталистического мира, привлекая к себе угнетённые классы других стран, поднимая в них восстание против капиталистов, выступая в случае необходимости даже с военной силой против эксплуататорских классов и их государств.»

Усилия, конечно, должны быть направлены на то, чтобы изъять из этой агрессивной программы последние крупицы самооправдания путём демонстрации того, что народы свободного мира и их правительства, зависящие от одобрения народов, достигли успехов в деле повышения их уровня жизни, в то время как «Революционер приемлет реформу для того, чтобы использовать её, как зацепку для сочетания легальной работы с работой нелегальной, для того, чтобы использовать её, как прикрытие для усиления нелегальной работы на предмет революционной подготовки масс к свержению буржуазии». Будет понятно даже советским людям, что подрывная деятельность СССР ― фундамент так называемой мировой революции в жизни свободных наций ― возмущает эти самые нации, вполне способные сами улаживать свои дела. Первый пример этого процесса, приведшего к охлаждению взаимоотношений между правительствами свободного мира и советским правительством, даёт ответ съезда Советов от 15 марта 1918 года на послание президента Вильсона, гласившее, что США «использует все возможности обеспечить России снова полный суверенитет и полную независимость в ее внутренних делах и полное восстановление ее великой роли в жизни Европы и современного человечества». Дипломатичный Съезд в своём ответе выразил свою «твердую уверенность, что недалеко то счастливое время, когда трудящиеся массы всех буржуазных стран свергнут иго капитала и установят социалистическое устройство общества, единственно способное обеспечить прочный и справедливый мир, а равно культуру и благосостояние всех трудящихся».
Вероятно, также станет возможным разъяснить, что на самом деле означает призыв к «миру во всём мире» в рамках борьбы за мир в свете высказывания Ленина о том, что войны всегда будут до тех пор, пока существуют капиталистические правительства.
Один из важных методов самооправдания режима основан на притязании на наличие «научного метода интерпретации истории». Поскольку любое действие сталинской политики провозглашается актом непревзойдённой мудрости, то резкие повороты в политике Советов можно использовать для дискредитации сталинской «мудрости» и его «научного метода». Можно задать вопрос, почему советские лидеры начали с экстремального военного коммунизма, затем полностью поменяли свою политику в НЭП, и только потом начали пятилетнее планирование. Почему, между прочим, никто не смог написать книгу об основных принципах, управляющих советской экономикой в течение перехода к коммунизму? Почему, хотя Ленин презирал золото и собирался строить из него туалеты, Сталин пожертвовал миллионами жизней для его добычи? Почему было правильным пытаться ликвидировать семью как основу советского общества, если позже эта политика была полностью отыграна назад? Почему сначала было правильно строить армию на братской основе, а потом вводить назад традиционную армейскую дисциплину? Почему было правильным иметь в армии политических комиссаров в одно время и неправильным ― в другое?
Что было такого «научного» в гигантских чистках офицерства накануне войны с нацисткой Германией, если большинство ещё живых офицеров были всё равно освобождены из лагерей и посланы на фронт? Что было такого умного в нацистско-советском пакте, позволившем Гитлеру уничтожить второй фронт, о котором (по словам Черчиля) «русские умоляли так громко и ждали, истекая кровью, так долго».
(В связи с пактом, возможно, будет кстати отметить замечание Сталина 1927 года: «И если уж нужно, чтобы кто-либо стал «окровавленным», мы приложим все силы к тому, чтобы разбитой в кровь и «окровавленной» оказалась какая-либо буржуазная страна, а не СССР».)
Возможно, что советская идеология также может быть атакована исходя из произошедших в ней трансформаций со времени оригинальных формулировок марксизма. Но если идеология должна быть подвергнута критике вообще, то тогда, однако, стоит избегать утверждений, что она в основе хороша, но была искажена советскими лидерами, поскольку это может навести тень на плетень и ослабить эффект нашего удара. Нижеследующее ― крайне предварительное предположение одной области изменений в советской идеологии, которую можно было бы использовать:
В центре остальных трансформаций коммунистической идеологии находится произошедшая при Ленине и Сталине инверсия марксового акцента на материализме. Маркс считал, что «социальное бытие» (т.е. окружающая среда) определяет сознание человека. Хотя Маркс и допускал возможность волевых актов со стороны человека, он, несомненно, считал, что эти акты так или иначе будут вызваны материальными условиями.  Применение Марксом этого принципа к вопросу о революции заключалось в том, что капиталистическое общество содержит в себе семена саморазрушения и развитие капиталистического общества неизбежно приведёт к революции и установлению новой социальной системы. Ленин же, со своей стороны, настаивал на том, что падение капитализма зависит от существования революционной партии способной захватить власть во время кризиса капитализма и установить свою диктатуру. Тем самым он ввёл в советскую идеологию идею о решающей роли воли, результатом чего стала инверсия акцента Маркса на материализме, хотя он (материализм – прим.пер) продолжал продвигаться как одна из основ идеологии.  Недавняя формулировка «согласования» этих взаимно противоречивых идей находится в статье «Единство диалектического метода и материалистической теории в марксистско-ленинской философии», появившейся в центральной советской печати 12 сентября 1947 года, и гласит: «Для диалектического материализма недостаточно признания наличия объективных факторов, являющихся предпосылками к успеху практической работы. Надо также правильно понимать роль субъективных факторов в историческом процессе. Субъективные факторы играют решающую роль в воплощении возможности в реальность[1]
Что же до того, чья воля играет такую решающую роль в ходе событий, даже советская теория говорит достаточно откровенно. Позиция коммунистической партии как инициатора и контролёра всех организаций в СССР закреплена в советской Конституции как принцип «демократического централизма» внутри партии, предписывающий что вся власть исходит сверху.
То, что такая концентрация власти идёт гораздо дальше узурпации только всей политической власти, ясно из некоторых проявлений советской пропаганды и идеологии, изумляющих большинство западных людей. Всё население СССР не только приведено к покорности воле советских лидеров, ― это преподносится советской пропагандой как заветные желания народа.  Это даже проецируется за пределы СССР и приписывается подавляющему большинству людей остального мира, которые якобы говорят о Сталине как о «лидере всего прогрессивного человечества». Ни в одной, даже самой малой, области ничему не позволено бросать вызов этой воле как единственной основе для мыслей и действий. Поскольку советская идеология отреклась от Бога и заявляла, что может контролировать силы природы, даже законы природы, ограничивающие ничем не стеснённое осуществление воли лидера, должны быть «атакованы» и «уничтожены». Например, советская наука была вынуждена отречься от генетической теории Менделя-Моргана из-за того, что она осмелилась предположить, что развитие форм растений и животных возможно только внутри некоторых границ, заданных законом природы.
Поэтому очевидно, что советская идеология в гораздо большем долгу перед материализмом, чем перед Фихте, Гегелем и другими утверждавшими полное верховенство воли.  Одним из непосредственных предшественников советской системы по этой линии, кажется был нигилист Нечаев, чей «Катехизис революционера» (1869) является удивительной рекомендацией для революционной практики. В этом коротком заявлении Нечаев наметил в общих чертах установки и методы, лежащие в основе современного полицейского государства. Хотя нигилисты стремились навязать свою волю всему миру путём разрушения общества, а тоталитарный диктатор пытается навязать свою волю обществу путём полного доминирования, ясно, что и нигилизм, и тоталитаризм полностью разрушают все иные формы, организации, общества, моральные принципы и т.д. и являются опасно близкими родственниками (см. «Зеро» Роберта Пейна). То, что Нечаев оказал прямое влияние на Ленина, Ленин сам признавал. Интересно также то, что этот «Катехизис революционера» оказал также значительное влияние на нацистскую систему, поскольку он был основой для созданных в ЧК «Протоколов сионских мудрецов», которые были одним исходных пунктов Гитлера.
Хотя, вероятно, бестактно указывать русским на русское влияние на нацизм, направленная на более образованные целевые группы американская пропаганда должна быть способной четко изложить опасную иррациональность попытки советских лидеров навязать свою волю всему миру не считаясь с реальностью.






[1] прим. пер. -- Найти оригинал не удалось, здесь перевод с английского


назад     читать дальше     к оглавлению

Profile

anti_ques
anti_ques

Latest Month

August 2016
S M T W T F S
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner